Brenik (brenik) wrote,
Brenik
brenik

Categories:

Китайские интернет магазины могут довести до тюрьмы

turma

Краснодарский ученый и изобретатель Дмитрий Лопатин (26 лет) и не думал, что заказ литра органического растворителя в китайском интернет-магазине может обернуться риском уголовного преследования.

Лопатин заказал вещество под названием гамма-бутиролактон для работы над гибкими солнечными батареями нового типа. Однако, к несчастью, этот специфический препарат оказался в списке запрещенных психотропных. В июне Прикубанский районный суд Краснодара приговорил Лопатина к трем годам колонии условно. Сегодня стало известно, что дело принимает новый оборот: прокуратора Краснодарского края хочет обжаловать приговор, добиться обвинения Лопатина в контрабанде и присудить ему уже 11 лет лишения свободы. Из разговора  с молодым ученым о его удивительном изобретении и дальнейшей судьбе.

– Что же произошло?

– У меня проект, связанный с производством батарей нового типа. Во всем мире популярны кремниевые солнечные батареи, а у нас они – на перовските, альтернативном материале. Мы работаем над технологией напыления перовскита слой за слоем на подложку из стекла или пластика. То есть можно превратить в солнечную батарею любую поверхность – крышу, окно или стену. Батареи очень гибкие и легкие, а однородность поверхности при нанесении чернил выше в сравнении с аналогами, которые появились в США и в Австралии.

Так вот, чтобы сделать те самые чернила, нам нужно растворять их компоненты. Для одного из них, иодида свинца, известны только три растворителя. Раньше мы долго работали с диметилформамидом, но он считается канцерогенным, так что мы могли с ним экспериментировать только в небольших количествах, для масштабного производства он бы не годился.

Поэтому я долго думал над заменителем для него. Около года я изучал зарубежные научные статьи и выяснил, что аналогом может стать гамма-бутиролактон. В России мне ни производителей, ни поставщиков найти не удалось, а вот в одном китайском интернет-магазине он был. Я заказал его еще в мае прошлого года, среди других веществ, он пришел в июне – вот и закрутилась вся эта история.

– У вас были мысли, что гамма-бутиролактон может быть запрещен в России?

– Честно, нет. Я часто заказывал в Китае реагенты. Обычно половину того, что нам было нужно, мы заказывали за рубежом. В китайских интернет-магазинах, в «Википедии» гамма-бутиролактон как психотропное вещество не значился. В Китае он стоит дешево и свободно продается как промышленный растворитель – как у нас ацетон. Даже найти магазин, где можно было заказать литр, было довольно сложно – везде продавали по 15–20 литров. В общем, сомнений у меня не было – ничем не примечательное промышленное вещество, распространенное не только в Азии, но и в США, например. То, что кто-то посмотрит на гамма-бутиролактон как на то, что можно пить, я и предположить не мог. Согласитесь, это уже нецелевое использование реагента.

– Как вы узнали, что гамма-бутиролактон считается еще и психотропным веществом?

– Пока он два месяца шел из Китая, мы нашли способ изменить технологию, чтобы нам нужен был диметилформамид только в небольших объемах. Так что когда гамма-бутиролактон пришел, я не торопился его забрать, хотя у меня на руках было таможенное уведомление. Мне начали звонить с почты: приходите оформляться, таможня нас штрафует и лишает премий. Это мне уже показалось подозрительным. Я слышал много плохого про «Почту России» и как-то не исключал подвоха.

После шестого звонка я пообещал, что приду через час и все сделаю. В отделении меня попросили описать все то, что внутри посылки: какие вещества я заказал, сколько они стоили, от кого я их получаю, в каких они объемах. А потом таможенный инспектор попросила описать свойства каждого вещества, в том числе указать, ядовитые ли они, являются ли психотропными или наркотическими средствами. В отрицательных ответах на вопросы про токсичность я и не сомневался, я это долго изучал, а вот про психотропность я решил проверить еще раз со смартфона. Но интернет пропал. Я потом понял, что это телефон поставили на прослушку и, наверное, это как-то было связано с доступом в мобильный интернет. Сейчас я оцениваю действия и сотрудников почты, и таможенного инспектора как провокацию.

– И что потом?

– На месяц все затихло. А потом началось следствие. В конце июля 2014 года мне удалось сьездить в Индию к партнерам, а с середины августа с инвесторами и потенциальными заказчиками лично общаться я уже не мог – получил подписку о невыезде.

Я считаю, что если почте и таможне было известно (а им это было известно – на посылке стояло название реагента), что в посылке запрещенное для оборота вещество, они могли бы вести себя иначе, остановить посылку на границе. Но она была пропущена до Краснодара. Я думаю, что предполагалось, что вещество пойдет на изготовление наркотиков и что целью было проследить всю цепочку. По всей видимости, так как посылку я так и не получил, все поняли, что нам гамма-бутиролактон нужен для научной работы. Но дело все равно завели. Кстати, я проходил проверку на детекторе лжи, он показал, что умысла использовать гамма-бутиролактон как психотропный препарат у меня не было. Суд это учитывал, но полностью обосновать мою невиновность, видимо, не смог.

– Какие сейчас ваши планы, когда прокуратура открыто заявила о своем намерении оспорить решение?

– Конечно, мы сделаем все, чтобы доказать, что о контрабанде не может идти и речи. Если прокуратура сделает заявленное, мы пойдем на апелляцию. Сейчас, честно говоря, меня больше интересует развитие проекта, а не суды. Я очень стараюсь не отвлекаться.

– Как давно вы занимаетесь этим проектом?

– Больше трех лет, компания зарегистрирована в мае 2014 года. Общая сумма финансирования приблизилась к 2,5 млн рублей – это и наши деньги, и средства из грантов и призов в конкурсах. Нам уже удалось добиться себестоимости 1 кв. метра наших солнечных батарей в $10–15, это в пять раз дешевле аналогов. При этом 1 кв. метр батареи сможет вырабатывать до 150 Ватт. Еще наши батареи с трехмерной поверхностью, а не плоские: это позволяет им эффективно ловить косые солнечные лучи – поэтому они здорово работают и, например, при заходящем или восходящем солнце, и в облачную погоду.

– На какой стадии сейчас ваша технология?

– У нас почти готова конструкция принтера, который будет наносить чернила. До конца года мы планируем собрать опытный образец, на котором будем печатать солнечные батареи среднего размера – будем показывать их потенциальным покупателям, искать тех, кто согласится на первые тестовые внедрения.

– Как будет выглядеть ваша продуктовая линейка?

– Мы можем наносить солнечные батареи в виде черепицы на крыши. Еще есть вариант оборудовать ими солнечные коллекторы, которые смогут не только нагревать воду и давать дому тепло, как сейчас, но и производить электричество. Я пока не могу точно сказать, как мы будем выходить на рынок, но, скорее всего, мы будем работать с компаниями-партнерами, мы хотим оставаться производителями солнечных батарей, а не сервисной компанией, которая будет выезжать на место и оборудовать дом. Мы рассматриваем модель разделения доходов и лицензионную модель. Само оборудование обойдется около $20 тысяч.

– Где вы планируете первые шаги по внедрению, в России или за рубежом?

– Мы уже участвуем в переговорах о тестовых поставках в Индию, где, по разным подсчетам, до 40% людей живут без электроэнергии. В том числе наши солнечные батареи могут поставить на солнечной электростанции на границе Индии и Пакистана, которая планируется к запуску в 2016 году. После проекта с индийскими партнерами, надеюсь, у нас на руках будут образцы, и мы будем активнее искать инвестиции. В России не очень большой рынок солнечных батарей и вообще новой энергетики, так что мы хотим искать партнеров с экспертизой за пределами страны. Мы планируем привлечь около $100 тысяч, которые пойдут как раз на собственное лабораторное производство – тот самый опытный принтер.

– Ваша компания, «Фотохим Электроникс», судя по открытым источникам, участвовала в выставке «Открытые инновации», вы были лауреатом Зворыкинской премии. Как получается, что государство одновременно помогает ученым и тормозит их работу?

– Я хорошо понимаю, что есть институты, которые помогают развивать технологии, а есть те, которые не имеют к этой работе никакого отношения и, скажем так, не помогают. Думаю, что все, так или иначе, упирается в деньги. Например, когда за меня взялись таможенники и ФСКН, у меня два месяца не было адвокатов, хотя следствие уже шло. Если бы уже тогда у меня были деньги на адвоката, думаю, дело бы не зашло так далеко.


Tags: Китай, Китайская продукция, Правохранительные органы, Россия
Subscribe

Posts from This Journal “Правохранительные органы” Tag

promo brenik december 31, 2016 23:09 60
Buy for 100 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments