?

Log in

No account? Create an account
09.Он же
Brenik brenik
Previous Entry Поделиться Next Entry
Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.

— За что же вы хотите получить деньги? Я их заработал, а вы…
— Я не только трудился. Я даже пострадал. После разговоров с Берлагой, Скумбриевичем и Полыхаевым я потерял веру в человечество. Разве это не стоит миллиона рублей, вера в человечество?
— Стоит, стоит, — успокоил Александр Иванович.


Самое главное, — говорил Остап, прогуливаясь по просторному номеру гостиницы «Карлсбад», — это внести смятение в лагерь противника. Враг должен потерять душевное равновесие. Сделать это не так трудно. В конце концов люди больше всего пугаются непонятного.

Это был бывший слепой, самозванец и гусекрад. Все свои силы он положил на то, чтобы жить за счёт общества. Но общество не хотело, чтобы он жил за его счет. А вынести этого противоречия во взглядах Михаил Самуэлевич не мог, потому что имел вспыльчивый характер. И поэтому он умер. Всё!

Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не получилось. Придётся переквалифицироваться в управдомы.

Вот я и миллионер! Сбылись мечты идиота!

Я, конечно, не херувим. У меня нет крыльев, но я чту Уголовный кодекс. Это моя слабость.

Заграница — это миф о загробной жизни. Кто туда попадёт, тот не возвращается.

Илья Ильф и Евгений Петров. Золотой теленок

Читайте также:


promo brenik december 31, 2016 23:09 60
Buy for 100 tokens

- Вам, Шура, я скажу как родному. Я раскрыл секрет этих гирь.
- Какой же может быть секрет?
- Вы знаете, Шура, как я вас уважаю, - загорячился Паниковский, -- но вы осел. Это золотые гири! Понимаете? Гири из чистого золота! Каждая гиря по полтора пуда. Три пуда чистого золота. Это я сразу понял, меня прямо как ударило. Я стал перед этими гирями и бешено хохотал. Какой подлец этот Корейко! Отлил себе золотые гири, покрасил их в черный цвет и думает, что никто не узнает. Вам, Шура, я скажу как родному, -разве я рассказал бы вам этот секрет, если бы мог унести гири один? Но я старый, больной человек, а гири тяжелые. И я вас приглашаю как родного. Я не Бендер. Я честный!
- А вдруг они не золотые? - спросил любимый сын лейтенанта, которому очень хотелось, чтобы Паниковский возможно скорее развеял его сомнения.
- А какие ж они, по-вашему? -- иронически спросил нарушитель конвенции.
- Да, - сказал Балаганов, моргая рыжими ресницами, - теперь мне ясно. Смотрите, пожалуйста, старик-и все раскрыл! А Бендер действительно что-то не то делает: пишет бумажки, ездит... Мы ему все-таки дадим часть, по справедливости, а?
- С какой стати? - возразил Паниковский. - Всё нам!
- Теперь мы замечательно будем жить, Шура, Я вставлю себе золотые зубы и женюсь, ей-богу женюсь, честное, благородное слово!
- Заплатите за кефир, Шура.
-Потом сочтемся.